«Мы будем сносить “Академы”. Это проблема наших детей», — Павел Крутолапов

Павел Крутолапов, архитектор, управляющий партнер компаний ESCHER:

— Архитектура — очень сложная штука. С одной стороны, мы находимся не в контексте алгебры, где есть итоговый ответ, и мы точно можем проверить, что правы. С другой стороны, нельзя провалиться в «я художник, я так вижу». Тем не менее, можно выделить несколько подходов к проектированию и обозначить критерии того, которые отличают красивое здание.

С точки зрения градостроительства все здания делятся в соотношении 30 к 70, где меньшая часть — это культовые здания: не только храмы, но и административные, районные доминанты. А 70% — это те здания, которые мы, к сожалению, отводим на второй план. Там мы живем, там находятся магазины — в общем, это то, чем мы пользуемся ежедневно. Я буду говорить о красоте зданий второго вида: они находятся в тени, но это не делает их неважными.

В качестве критериев предлагаю отвечать на вопрос: насколько удачный диалог ведет архитектура этого здания? Диалог с человеком, с окружающей средой, с соседними объектами.

Что важно в диалоге с человеком? Сомасштабность. Во времена индустриализации мы перешли на метрическую систему, но мозг человека не воспринимает пространство как набор метровых отрезков. Соотношение между высотами, длинами и расстояниями измеряется в сомасштабности человеку. И именно разный масштаб способен вызвать самые разные эмоции. Человек может чувствовать себя комфортно, уютно, тревожно, радостно, опасно и безопасно в зависимости от размера того объекта, рядом с которым он находится. Например, когда мы говорим о Дворцовой площади в Санкт-Петербурге,  то все элементы ее несомастштабны человеку: арка, стела, скульптурные композиции. Но там это сделано специально: гражданин должен осознавать свою ничтожность в сравнении с тем местом, где находится. Но это культовое место. А здания, в которых комфортно жить, встречаться с друзьями, создавать проекты — это другие здания. Мы должны находиться в месте, масштаб которого дает ощущение комфортной среды.

В сегодняшних реалиях не всегда получается строить только четырех-шестиэтажные здания. И даже если объект десятиэтажный, хорошие архитекторы осознают громадный объем, который давит на человека, и искусственно делят здание на сомасштабные человеку части.

То есть две половины здания — верхние пять этажей и нижние пять этажей— отличаются материалами, из которых сделаны, пластикой фасадов, деталями. В итоге человеку становится комфортно рядом с этим зданием. К крупным жилым домам можно также добавить природные элементы, потому что рядом с зеленью и водоемом находиться очень приятно.

Но микрорайоны вроде «Академ Риверсайда» уже нельзя спасти никаким редевелопментом. Я не боюсь торговых центров или фабрик, которые завтра потеряют востребованность. Потому что послезавтра мы придумаем им новую функцию и создадим правильный облик. А с высотными панельными микрорайонами ничего не сделаешь, потому что панельно-каркасная система не подразумевает реконструкции. Никакой. Главное заблуждение тех, кто его создавал, в том, что высотность якобы обеспечивает большим количеством жилых квадратных метров. Потому что их гигантская высота заставляет делать между зданиями большие разрывы. Мы можем расселять то же количество человек, находясь в человеческой застройке в 4-7 этажа. И да, нам придется сносить «Академы», но это проблема наших детей.

Второй критерий для того, чтобы вычислить красивое здание — уровень его диалога с окружащей средой. Так, природу не нужно покорять, с ней нужно договариваться. Все города богаты, в первую очередь, своими природными доминантами: в Челябинске это лес и река, в Златоусте это богатый рельеф — горы.

И хороший архитектор не выравнивает, не скрывает и не срезает ландшафт. Хорошая архитектура работает с природными доминантами, потому что априори это фишка. Примером удачных проектов в Челябинске является будущий конгресс-холл на набережной. У ребят получилось поставить здание таким образом, что оно как бы является продолжением рельефа набережной.

К диалогу с окружающей средой относятся и отношения объекта с историческим фоном. А застройка в историческом квартале — это не всегда плохо. Существуют примеры, когда архитекторы грамотно анализируют пропорции горизонтальных сечений, масштабы и объемы исторического  здания и переносят их на новое здание. Не нужно бояться совмещать современную и историческую застройку.

Возьмем Кировку. Если не брать во внимание одно-два здания, то улица выглядит гармонично. Мы совершенно не замечаем, что на этой улице здания разной эпохи, разных стилей, они спокойно соседствуют друг с другом.

Красота зданий — это не когда все ровненько и по линеечке, чего так боятся наши градостроители. Но здание не существует на листе, оно существует в застройке, на конкретной улице, в конкретном городе. Фасады должны быть разнообразными, композиционные приемы уникальными. Есть такая мысль: поверхность здания должна напитывать глаз деталями. Даже маленькая интересная деталь может стать символом застройки целого района. И сегодня благодаря технологиям мы можем говорить не только о бижутерии, но о разных ритмах на фасаде, о террасах.